100 тысяч волосков на квадратный сантиметр шкуры этого животного

Бобр, куница, тюлень, выдра – все в одном лице, вернее морде

Животное, упомянутое Пушкиным в первой главе романа «Евгений Онегин», дабы подчеркнуть франтовство главного героя
100 тысяч волосков на квадратный сантиметр: у меня самый густой и поэтому очень дорогой мех, но при этом живу я в воде. Люблю есть икру. И ежей. Добычу я складываю в карман. За пазухой у меня камень. Им я бью свою жертву со скоростью 3 удара в секунду. Я самый крупный в своём семействе хищник. Я бобр, но плотины не строю. На передних лапах у меня втягивающиеся когти, но я не кот. Задние лапы – скорее ласты, но я не тюлень. Меня даже Александр Сергеевич Пушкин прописал в поэме «Евгений Онегин», глава 1, стих 16. Но впервые меня описали жертвы кораблекрушения. Они почти все погибли, но их ученый выжил. Если бы не он, мои предки не подверглись бы массовому избиению. Я настолько своеобразен, что ученые никак не могли решить, кто же я: бобр, выдра, куница, нерпа, тюлень… решили, что я достоин уникального имени.

Калан
Проведем мысленный эксперимент. Чисто теоретически. Представим себе молодого, перспективного, достигшего половозрелости, и значит, имеющего хорошие перспективы, в меру упитанного калана Лютика. У Лютика, как и у всех каланов, прекрасная шкурка, о которой он постоянно заботится, проводя многие часы за ее ухаживанием. Он тщательно расчесывает ее, смазывая выделениями прианальных желез, расположенных около корня хвоста.
Его соседом по скалистой бухте с обширными зарослями ламинарии является берингийский баклан Вова. Птица достаточно неопрятная, в настоящий момент сидит, полураскрыв крылья на черной, как и его оперение, скале и сушит крылья после рыбалки, изредка сытно отрыгивая.
Им шлет привет дальний родственник Лютика морж дядя Вася. Дядя Вася уже стар, чтобы задумываться о дальнейшем продолжении рода, поэтому тихо проживает в одиночестве в бухте Бобровая.
Все шло неплохо, до тех пор, пока танкер в контрафактной нефтью, которую перегоняли Северным морским путем в Китай через Берингов пролив, не потерпел крушение в 10 милях к северу от Командорских островов, столкнувшись в тумане с подводной лодкой неустановленной принадлежности, которая всплыла, потому что… в общем, она всплыла по соображениям национальной безопасности, а это закрытая информация.
В результате танкер получил пробоину, а АПЛ – отрицательную плавучесть. Произошел положительный разлив нефти из танкера. Что произошло с лодкой, пресс-служба Министерства обороны умалчивает. Площадь пятна составила 10 квадратных километров, что по нашим стандартам – сущий пустяк. Даже МЧС вызывать не стали, решили справиться своими силами и средствами – авосью и как-нибудем. Поскольку между Камчаткой и Командорами проходит Курильское течение, которое движется с севера на юг, то нефтяное пятно стало быстро сносить к побережью острова Беринга.
Внимание, вопрос:
от чего именно в результате нефтяного загрязнения погибнут:
баклан, морж и калан?
Баклан Вова – тут все однозначно – утратит способность нырять и летать, а значит, либо его съедят песцы, либо он умрет от голода, потому что со слипшимся оперением особо не поныряешь за рыбой. И произойдет это очень быстро. Если песцы не съедят (а они съедят), то замерзнет.

Морж Вася возможно вообще не погибнет, у него слипаться нечему, корм его – моллюски – находится на дне, а нефть, хоть и образует донные отложения, но не так быстро. Скорее дядя Вася помрет от старости.

В момент разлива нефти большая группа каланов, среди которой тусовался и калан Лютик, находилась в море у мыса Северо-Западного. Почувствовав опасность, животные начали метаться, пытаясь выйти на чистую воду, или вылезти на рифы, но огромное нефтяное пятно расплывалось все шире. Все животные были измазаны нефтью. Роскошная шкурка Лютика слиплась и перестала выполнять свою главную функцию – теплоизоляцию. Нарушилась структура волосяного покрова, шерсть намокла, вода достигла поверхности кожи, и Лютик погиб от переохлаждения. Ведь каланы практически не имеют жировых накоплений.

Немного теории
Посмотрите на собаку, выскочившую на берег после купания. Она мокрая до основания волос и сразу же начинает яростно отряхиваться, стремясь высушить волосяной покров, восстановить его… что? Теплоизолирующие свойства. Кошка же, принявшая ванну, становится просто жалкой. Недаром большинство кошачьих питает отвращение к воде: их пушистая, шелковистая шерсть легко и быстро намокает и перестает греть.
Совсем другое дело – морской котик, который несколько месяцев пробыл безвыходно в открытом море без выхода на сушу. Впервые после длительного перерыва выйдя на лежбище, скажем, где-нибудь на Командорских островах, он отряхнется 2-3 раза – и прекрасная шуба его совершенно суха, будто он всю ночь протусил тут на пляже.



Из жизненного опыта мы знаем, что мокрая голова на морозе быстро покроется сосульками, что волосы легко намокают, а из-за этого становятся легко теплопроводными. Казалось бы, это очень неудачное образование для теплоизоляции в водной среде. Но вот волосы водных животных, как ни странно – как раз для нее. И они имеют поразительные свойства и строение.
У зверей, периодически выходящих на сушу, меховой покров как бы «заряжается» воздухом. Побудет бобр в воде час–другой, воздуха в его шкурке станет меньше, зверь начнет мерзнуть. Но стоит ему выйти из воды, отряхнуться, смазать волосы жиром из специальных анальных желез, расчесать их – и, пожалуйста, воздушная подушка восстановлена.
Но почему же «облысели» моржи и китообразные? Разве им не нужны шубки?
Ну, если уж зверь полностью перешел к водному образу жизни, как кит, где он наберет воздуха в шкурку? И зачем ему волосяной покров, намокший, лишенный своих теплоизолирующих свойств? Нет, киту гораздо целесообразней приобрести толстый слой подкожной жировой клетчатки, которая вполне заменит ему мех. И китам, и дельфинам.


Волосяной покров полуводных зверей и наземных млекопитающих различается прежде всего густотой; но для непроницаемости меха имеют также значение его структура, форма волос, расположение их на шкурке и смазка жировыми выделениями кожи. Не удивительно теперь, что шкурка калана имеет такую поразительную плотность волосков на один квадратный сантиметр – 100 тысяч штук! Волоски эти, конечно, исключительно тонкие.

Запас воздуха в шкурках околоводных млекопитающих имеет и гидростатическое значение. Он уменьшает удельный вес тела и позволяет зверям почти без затраты каких-либо усилий и дополнительных приспособлений удерживаться на поверхности воды. Что каланы с удовольствием и делают, сутками качаясь на волнах в тихих бухтах Командорских островов среди зарослей морской капусты.

Приезжайте к нам на Командоры!
Только не на подводной лодке.
Мы вам всегда рады!
Про каланов вы можете узнать на экскурсии по Верхнему залу музея.

Записаться на экскурсию